«Думаю, что им тяжело и чисто физически, и психологически, но ребята к ним относятся вполне корректно. Во всяком случае, пытаются», – говорит Юрий Смола о двух женщинах-бойцах, служащих в подразделении «Сармат» (полк «Днепр-1»).

Нива, перевозившая нового добровольца Дарью Калиновскую до подразделения, ехала в сильный ливень. В Красноармейск прибыли в пять часов вечера, 150 км до поселка Пески следовало преодолеть до сумерек. «Я тогда не понимала, почему поторапливают и делают акцент: быть на месте до темна.  Все было против нас: ливень, дворники вышли из строя.  Доехали до Песков, под мост. И начался обстрел».

Под бодрые бойцовские шутки «молодец, успела к первому обстрелу» Даша проводила «селекцию» вещей: командир приказал взять необходимое и двигаться в путь. «Бронежилет, каска, спальник, смотрю: разные крема лежат в сумке, улыбнулась, не до этого». 1,5 км шли по песчаной местности до блиндажа.

«Зашли в «берлогу», и мне говорят – это твой дом на будущий месяц. Принесли чай и посоветовали выспаться. Оставили одну. Меня тогда обуревало бешеное чувство. А с утра уже выполняли боевые цели. Я боец-медик: куда группа – туда и я с медицинском рюкзаком, передвигаются ползком на животе и я с ними. Там не нянчатся. Скидки не делают».

Да и Даша в последнюю очередь ожидала телячьих нежностей, уж прочно она вросла в военную атмосферу, которая существовала как в ее армейской семье, так и в  волонтерском окружении.

Полк «Днепр-1», 5 рота, блокпост «Республика мост», с. Пески 

Жизнь до АТО: вслед близкому и навстречу передовой  

Дарья Калиновская 32 летняя уроженка Днепропетровска. Работала невропатологом  в областном госпитале для инвалидов Великой Отечественной войны. «В полку «Днепр-1» нет должности врача, поэтому по документам числюсь как милиционер-фельдшер. Я осознанно  пожертвовала должностью и потеряла звание лейтенанта ЗСУ запаса».

Перед тем, как вступить в ряды бойцов АТО, Даше предстояло  пройти через барьер непонимания со стороны, пожалуй, самого родного на тот момент человека. Жених – без двух месяцев муж – не разделял волонтерского энтузиазма Даши. Но остановить ее на полпути было не под силу: «Сначала я «дикарем» ездила с гуманитарной помощью в зону АТО. Потом начала вовлекать в волонтерские ряды друзей. Это были люди из разных сфер, в основном состоятельные».

Поскольку у Даши был опыт работы по рефлексотерапии и психиатрии, оказывала психологическую помощь бойцам по телефону. Визиты в полк «Днепр-1» в качестве волонтера участились (каждые выходные), пока и вовсе в мае 2015 года не переросли в добровольческую службу.

Но если в новой семье заручиться поддержкой Даше не удавалось, то в родительской –  сполна обеспечили уверенностью  в своих силах: «Отец был военный и  передал мне  базовые знания военного дела, учил стрельбе. А в разгар боевых действий в 54-летнем возрасте ушел добровольцем  в 93 бригаду ВСУ».

Не отставала от самоотверженных родных и младшая сестра Даши: волонтер, донор крови «со стажем». «Это такой тип трепетной женщины, которая сострадает всем сердцем и помогает, чем может. Но она не боец, она другая. А я тогда чувствовала, что у меня достаточно сил, я смогу. Если не я, то кто пойдет. Я не виню мужа, его иначе воспитали», – говорит Даша.

Женщины-побратимы 

В подразделении «Сармат» женщины выполняют боевые задачи наравне с мужчинами и, по словам Даши, тем самым вызывают к себе огромное уважение со стороны бойцов. Никто их не ущемляет, напротив, если женщина-боец правильно себя поставит  в мужском коллективе и будет вести себя  подобающим образом, то и отношение к ней соответствующее. «Они ценят наше мужество, и в то же время всегда на чеку, чтобы защитить нас. Единственное, женщина на фронте не должна распускать сопли, требовать к себе гипервнимания – это раздражает бойцов», – поясняет девушка.

На первых порах пребывания женщин на передовой мужчины горазд проверять их на слабость. «Как-то один боец решил испытать: приобнял, у меня с собой было табельное оружие. Говорю: убери руки, колено прострелю. Потом ребята подшучивали, Дашка и колено прострелить может», – смеется она.

Слева – Даша. Справа – «Ника» – девушка-боец подразделения «Сармат». Собака Порш – «оказывает психологическую помощь бойцам». Среди своих – Белый брат или Борщевский. 

У Даши сложилась интересная классификация женщин на фронте. Одни – женщины-блудницы, они, как правило, люди приходящие и уходящие, долго в подразделении они не задерживаются. Вторые – женщины-матери: «У нас с первых дней на Песках служит медик Степановна. Ей больше 60-ти лет. Вот она олицетворяет образ матери, обо всех заботится и всех поддерживает.  Мастерски  налаживает волонтерские контакты как с Западной Украиной, так и с заграницей».

А есть женщины-побратимы. Представляется, что именно к ним Даша себя подсознательно и относит: «Когда одному из наших ребят звонила жена, и в трубку доносился мой детский голос, удивлялась: у вас там дети? После отрицательного ответа, следовало: а что за женщина?  А он отвечал: это не женщина – это Даша».

Отношение между мужчиной и женщиной на фронте интересны, и насколько бы они не воспринимали друг друга в качестве побратимов, в их коллективной жизни присутствуют деликатные нюансы, которые приходится учиться аккуратно шлифовать. «Когда приезжаешь в зону АТО – ты уже не ты. Живешь другой жизнью, порой устаешь от нее, ведь твоя новая семья довольно разношерстная. Окопы – замкнутое пространство, и тебя постоянно кто-то окружает, а иногда хочется побыть одной. Я с детства очень чистоплотный человек, а там пять влажных салфеток – уже ванная», – рассказывает Даша.

«Как-то мы купались в озере. 20 мужиков встали в рядок ко мне спиной – не подглядывают, охраняют и прикрывают. Покупалась, говорю: «Мальчики, я готова». Поменялись местами. Встала на берегу к ним спиной, охраняю мол».

Частью этой разношерстной семьи стали и волонтеры. Каждый из них давно закреплен за одной из боевых групп. Помощь с их стороны не является обезличенной. Например, по словам Даши, если волонтеры узнают, что в составе подразделения есть женщины, то обязательно интересуются, что им необходимо привести: «Официальное снабжение – большая проблема. Формы непонятных размеров, в них тонут не только женщины, но даже крупные мужчины. А наши волонтеры даже уточняют размеры на термобелье. Я убеждена,  если бы не волонтеры мы бы не смогли, только благодаря им – мы можем».

Могут они и благодаря поддержке близких, а вот безразличие вторых половинок  к участи  АТО  нередко ломает бойцов. «Они часто со мной делятся своими проблемами, как с психотерапевтом. Основная из них – непонимание со стороны близкого человека. Переживая чужые проблемы – я переживаю и свои, ведь они практически идентичны. Разбирая их проблемы – нахожу ответы на свои», – делится Даша.

2 месяца назад Даша развелась с супругом, война на Востоке оголила несоответствие их взглядов и принципов, которое, не будь внешнего раздражителя, могло  надолго остаться в законсервированном виде. И сложно сказать, что последний вариант удачное решение. Война на Востоке в каком-то смысле выдала и шаткость  устоявшихся понятий: мужчина – фронт, женщина – тыл: «Через время мы стали совсем чужими, у меня война, ротации, Пески. А у него другая, мирная жизнь».

Новые открытия на стыке войны и мира 

«Если раньше могла расстроиться из-за того, что не купила себе черное платье, теперь, когда периодически приезжаю в Днепропетровск, думаю: о чем это ты? Там пацанам кушать нечего. Я научилась держать свои эмоции в руках, потому что женщина сама по себе – это комок эмоций, имеющий разрушительную силу, а это недопустимо на войне. Недопустимо перепрыгивать через саму себя, нужно учиться согласованной работе в коллективе. Потому, что на той же войне любое твое спонтанное действие может привести к плачевным последствиям», – рассуждает Даша.

Что еще она обрела за время пребывания в АТО, так это принимать людей такими, какие они есть: неверующими в смысл их борьбы на Востоке, вальяжно-пассивных мирных жителей. Она даже по-человечески понимает стремление властей в регионах поддерживать иллюзию мира и спокойствия. И после слов приятеля на вечеринке «если вы не пошли, то не было бы войны», она хотя с лихвой дала дома волю слезам, но нашла собственную золотую середину в этом противостоянии мира и войны.

«Я долго думала и пришла к выводу. А ведь хорошо, что у этих людей неискаженная психика. У всех, кто побывал в АТО – останется искаженное восприятие окружающего мира. А у них – нет. Значит, они смогут завтра достроить то, что не сможем мы в силу данного обстоятельства», – резюмирует боец.

Диана Манучарян

reporter.com.ua

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *

Цей сайт використовує Akismet для зменшення спаму. Дізнайтеся, як обробляються ваші дані коментарів.